Поэты они потому и поэты,
Что абсолютно разуты, раздеты;
Голые сердцем перед собранием
Бронзовых от безразличия лиц.
Пустыня она потому и пустыня,
Что я и не с вами, но и не с ними.
Я не задержусь, не стелите постели!
Я вскользь! Я пролетом! Я падаю вниз!
Торопится дождик холодный и нежный,
Спешит на свидание к милой, безгрешной
Земле, на которой ворчит в полудреме,
Отец драматургов - заброшенный сад.
Здесь глубь! Здесь повсюду разбросано время!
И ползают мысли на драных коленях!
Здесь глубь! Здесь цветет в темноте незаметно
Полуночный лотос - безликий архат.
Куда ты летишь сумасшедшая тройка?
Июнь или как там тебя? Ей, постой-ка!
Я не рассказал тебе - за горизонтом
Такие же тучи над той же землей!
Поэт обладает сознанием вишни,
И вишня вопит: "Ах, оставь, это лишнее!
Не дергайся, не выходи из квартиры!
И дверь подопри доской гробовой!"
Колодец он потому и колодец,
Что в каждом на дне сидит первопроходец,
И ждет что луна упадет на ладони,
И звезды закатятся в узкий проем.
Могила она потому и могила,
Что каждое лето, я пробую силы
На поприще чуждом, на месте бездарном,
В неведомой шкуре и в мире чужом!
